Персональный сайт Леонида Черновецкого

Интервью Л. Черновецкого изданию «Сегодня» часть 2.

— Леонид Михайлович! Что вы испытали, когда вас отстранили от власти в 2010 году?

Чувства испытал «плохие», но одновременно я понимал, что новая власть имеет свои представления об управлении городом и мне придется с этим считаться. А я хотел быть свободным мэром. А если по-моему было нельзя, я согласился на отстранение и дал возможность новой власти сделать все, на что она способна. У меня была ответственность перед киевлянами. И новая власть очень многое сделала. И развязки достроила, и метро, и громадные деньги из государственного бюджета нашлись. И это хорошо для города! И для киевлян! А при мне деньги из города все правительства только забирали. Я всем властям всегда был чужой и мог рассчитывать только на себя. А этого сейчас маловато… По большому счету, ничего плохого не произошло. Я ухожу с чувством выполненного долга. Я переступил через свое Я. И не жалею об этом.

- Как вы думаете, почему киевляне дважды именно вас выбирали мэром?

- Конечно, киевляне избирали мэра не «за гречку», не по национальному признаку, не по языку, на котором будет общаться с ними мэр и даже не по тому, является ли он коренным киевлянином или нет. Иначе я не набрал бы даже и одного процента голосов.

Кстати, отдельно о гречке… На выборах в 2006 и 2008 годах некоторые политические деятели раздавали продукты намного щедрее, чем я, но результата почти не добились. Киевлян за гречку не купишь! И скоро (на ближайших выборах в парламент) в этом убедятся все претенденты на депутатский мандат от киевлян, кто поверил «грязным» сказкам из прессы обо мне, что я покупал голоса избирателей.

Киевляне избирали открытого, неравнодушного к их проблемам человека – политика, состоявшегося во всех делах, в том числе и благотворительности. Был ли я в их глазах именно таким человеком и почему через два года после выборов, на повторных выборах в 2008году, мне уже в должности мэра удалось набрать даже больше голосов, чем в 2006?

Да, я был именно таким человеком! Прежде чем стать мэром, я трижды побеждал в Киеве на выборах в Верховную Раду. Отличился тем, что подал в ВР больше других депутатов законопроектов, в том числе и социально направленных. Стал автором «Закона о морали», внес многочисленные поправки в важнейшие законы, которые в то время принимались в парламенте. Мои выступления в Верховной Раде мало кого из украинцев оставляли равнодушными. Я, например, требовал пересадить всех чиновников на отечественные автомобили, сократить затраты на их содержание, выступал против тотальной коррупции в стране, бездушия чиновников и т.д., и т.п.

Будучи депутатом, мне удалось создать мощнейшую службу поддержки киевлян в борьбе за свои права перед чиновниками КГГА. За один день моя приемная принимала и реагировала на тысячи просьб, а по некоторым из них, где требовалось защитить коллективные права целого района, я выезжал сам и со всем разбирался на месте и часто сам возглавлял пикеты перед КГГА, и добивался решения вопроса.

- В каких отношениях вы сейчас с Денисом Бассом, Олесем Довгим, Ирэной Кильчицкой?

— В хороших!

- Вашу команду часто обвиняют в том, что она была замешана в незаконной приватизации земли?

- В незаконной — нет! И я это утверждаю категорически! Но если они участвовали в приватизации – это их дело. И делали они это, скорее всего, законно. Хотя что в Украине в экономической сфере законно, а что нет, наверняка не знает никто. Закон как дышло! И в этом большая проблема страны, поэтому с каждым днем все меньше инвесторов хотят принимать участие в приватизации, а это плохо для экономики Украины. Как пример, только несколько дней назад депутаты ВР проголосовали закон о приватизации земли юридическими лицами и ввели правило аукциона. Абсолютно правильное решение! А ведь сколько по этому поводу от меня было писем в парламент. И никакой реакции!

А раньше, когда я был мэром, эти вопросы не регулировались законом, и земля часто доставалась тем, у кого больше власти и информации. Но не я придумывал такие порядки и отменить их было не в моих силах. Вообще, если говорить о приватизации, я считаю, что приватизированы должны быть все предприятия в Украине, которые работают на принципах хозяйственного расчета. Все абсолютно. Знаю, что в государственном секторе царит воровство и коррупция, и как следствие низкие зарплаты у рядовых рабочих. И не только в Украине, но даже в развитых странах Европы. Поэтому они постоянно углубляют приватизацию и богатые эти страны потому, что бизнесом занимаются бизнесмены, а не служащие…

Земля, по моему глубокому убеждению, тоже должна стать полноценным товаром. И глупости, что ее тут же скупят иностранцы или коррупционеры, а народу негде будет жить. Очень примитивные рассуждения. Должны быть установлены определенные правила, по которым землю невыгодно будет просто так покупать, чтобы потом ею просто любоваться. А для граждан, которые на ней уже проживают, должны быть льготы. Но это отдельная тема.

- Как банкир, что думаете об экономике страны на ближайшую перспективу: что будет с гривней, банковской системой, когда ставки по кредитам снизятся, а по депозитам повысятся? Вы считаете, что НБУ правильно делает, что сдерживает курс гривни?

- Экономика Украины, как и многих других стран бывшего СССР, мало предсказуема. Такая она и будет на ближайшую перспективу. Для стабильности и процветания Украине необходимо иметь полный набор демократических стандартов. Как воздух, нужны также глобальная приватизация, в том числе и земли, либеральные законы в области налогообложения, ориентация на какую-то понятную всем гражданам экономическую и политическую модель одной из процветающих стран Европы или Америки, мощная пропаганда этой модели, чтобы граждане ее поддерживали и помогали власть имущим в ее осуществлении.

НБУ правильно делает, что сдерживает курс гривны. Иначе— хаос и крах финансовой системы, и недоверие граждан к собственной валюте, что, на мой взгляд, равносильно недоверию к власти, к суверенитету страны и т.д.

Проценты по кредитам и депозитам– связанные вещи. И чем больший процент от депозитов выплачивают банки, тем выше предлагают проценты по кредитам. Потому что банки всего лишь торгуют деньгами. Они посредники, имеющие в условиях конкуренции незначительный доход от этой торговли за риски по невозврату денег, которые выдают в кредит. Основной доход от вложения денег имеют те, кто дает банкам деньги в рост. И если они зарабатывают больше, то те, кто берут кредиты — больше и теряют.

- Вы продали банк, который входил в пятерку самых крупных в стране. Как вы распорядились деньгами?

- Если честно, до конца еще и не распорядился. Уж очень большая сумма – $ 750 млн. Вкладываю деньги в ценные бумаги, в девелопмент, сейчас вот создаю инвестиционный фонд, чтобы поддержать начинающих украинских бизнесменов, ученых…, и самому, конечно, на этом заработать. Но главное для меня, как и раньше, не прибыль и не деньги, и даже не сам успех, а путь к нему. Это захватывает меня всего без остатка! Больше всего захватывает интернет. Невероятно интересная штука. И для инвестиций, я думаю, самая перспективная. Начинаю новые благотворительные проекты.

Точно могу сказать, что на себя трачу мало. У меня все уже есть. Не покупаю яхт, замков, драгоценностей, не разбрасываюсь деньгами. Это не в моем характере. Деньги, по моей философии, должны зарабатывать новые деньги – работать круглосуточно, создавать новые рабочие места, тратиться на развитие бизнеса и, конечно, на благотворительность. Потому что, если бизнесмен не видит вокруг себя проблем других людей – у него нет будущего. Верю в Бога и в то, что Он видит, насколько у бизнесмена доброе сердце и помогает в бизнесе тем, кто искренне отдает часть своей души нуждающимся в помощи. Сам трачу на благотворительность в год не менее $1 млн., но хочу тратить больше.

- А как вы создавали банк? Алина Айвазова нам говорила, что вам очень помог ее отец — Степан Гаригинович?

- Все начиналось так: я был инициатором (и еще два доцента КНУ им. Шевченко) создания Коммерческого консультационного и научно-исследовательского центра «Правэкс». Он задумывался как консультационный, мы также выполняли роль посредников в заказах на научно-исследовательские работы. Первыми клиентами были СП. Я был одним из лучших и самых дорогих консультантов в Украине. Например, один руководитель СП в Харькове заплатил мне в 1991 году $25 тыс. за 1 час консультации и еще столько же хотел дать мне наличными, настолько ему понравились мои рекомендации по выводу его предприятия из-под иностранных учредителей, которые, по его словам, ничем ему не помогали. Но я из гордости (глупость, конечно, но это во мне сработала «советская» гордость), отказался. Он занимался издательским делом.

Примерно через год после начала бизнеса я огляделся и увидел, какие возможности открывает для меня рыночная экономика. Везде, куда не посмотри, деньги, деньги, деньги. Только собирай их и не ленись. И стал уже в 1990-1991 годах открывать, но уже без партнеров, одно за другим предприятия: посреднические финансовые, магазины, биржу, аукционы, страховую, инвестиционную, охранную и многие другие компании. Все завершилось созданием банка.

Но меня интересовал не банк. Меня интересовал самый мощный и одновременно социальный бизнес. Карьера крупного банкира, финансового деятеля… Деньги интересовали всегда, но во вторую очередь. Банк интересовал и как политический инструмент: ты всегда на виду, а от твоих решений, если банк крупный, зависит, чуть ли не вся экономика страны. Доверие людей и власть – вот что меня в первую очередь интересовало. И круче банка ничего в этом смысле не бывает. Даже если у предпринимателя сотни тысяч рабочих и крупнейшие предприятия, миллиарды прибыли, он не имеет такой власти и силу денег, какую имеет крупный банкир. В день валюта баланса банка доходила до $10 млрд.. Вот это сила! Вот поэтому я и выбрал банк. А уставной капитал его при регистрации составлял $50 тыс. Но тогда для меня это были большие, очень большие деньги!

Кстати, прибыльность от банковской деятельности, если ты нацелен на захват рынка, на конкуренцию, невелика. Я имею в виду то, что можно положить в карман. Так я и работал. Все в развитие.

А Степан Айвазов, когда я женился на его дочери, уже не был богатым человеком. Разорился. Но в советское время, в80-х годах периодически помогал моей семье. Мы жили с женой очень скромно. Я везде вспоминаю, что у нас многие годы и люстры не было. Так…лампочка в зале большая висела, и мебели не было. Хотя жили мы счастливо!

Когда мы с Алиной начали заниматься бизнесом, то есть к началу 90-х, мы сами помогали ему материально выжить. Он перенес инсульт и был совершенно без денег. Глупости, что он чем-то помогал нашему бизнесу. Такие слухи распространяют в основном неудачники-обыватели, которые вообще не верят в то, что бизнесмен в подавляющем большинстве случаев зарабатывает деньги сам. И история бизнеса убедительно свидетельствует о том, что самые крупные состояния в мире нажиты «новыми персонажами» в бизнесе в последние 10-15 лет. Рыночная экономика так устроена, что всегда есть место новым идеям, новым успешным людям. Иначе общество остановилось бы в своем развитии.

- А где после продажи банка вы храните деньги, драгоценности, и вообще, как к ним относитесь. Сейчас издается много книг, проводится много тренингов о том, как стать богатыми, как «заговаривать» и притягивать деньги. У вас есть свои рецепты?

- Деньги, как и положено, храню в надежных банках. Драгоценностей, которые требуют особого режима хранения, не имею. Деньги «не заговариваю», и вообще на них не молюсь. А совет как стать богатым дам: верить в себя безгранично, не бросать начатое дело, даже если и не все сразу получается. Экономить на себе и вкладывать все деньги в начатое дело. И ни в коем случае не останавливаться, все время «развиваться». Не завидовать, а восхищаться конкурентами, и стараться делать еще лучше, чем они. Работать круглые сутки. Но это советы для начинающих бизнесменов. А для людей-не бизнесменов совет такой: развивать свои способности (у каждого человека они обязательно есть) до совершенства и зарабатывать на их демонстрации людям.

- Говорят, что деньги портят человека – он становится жадным, циничным. Вы согласны с таким мнением? Вот, вы , например, одалживаете деньги?

- Сволочными (жадными, циничными) люди рождаются. И я это точно знаю с позиции своего жизненного опыта. Деньги обычно (бывают, конечно, исключения) не портят человека. Просто появляется много тех, кто хочет, чтобы он с ними обязательно поделился. А раз не делится добровольно (еще ведь, и просить его надо!) – значит плохой.

А вот еще по поводу появления денег у «ближнего» какие бывают рассуждения: «Жулик он! Украл или повезло несказанно». Ведь иначе, как объяснить себе самому, что кто-то лучше тебя ведет дела? Невозможно!

Я лично, первые 40 лет своей жизни прожил на одну зарплату. А когда через год-полтора после начала бизнеса стал миллионером, заметил, что многие мои друзья стали иначе ко мне относиться. Конечно, самые близкие так и остались друзьями. Но многие начали упрекать меня в том, что я зазнался, меньше с ними встречаюсь, перестал пить с ними «по100 грамм», ну и все такое. А как было объяснить, что я занят полностью делами, что меня как вихрь захватил бизнес, что он стал мне и другом, и всем, всем, всем…Что иначе я не могу жить. Они это не могли почувствовать, потому что не были бизнесменами.

Были и такие, которые сразу захотели у меня занимать деньги. И я их поначалу давал. Но потом увидел, что из-за этого я теряю друзей. Они начинают испытывать ко мне негатив, потому что деньги надо отдавать. А это всегда некстати. Тогда я изменил тактику, и если приходилось одалживать, сразу говорил: не надо называть сроков возврата. Можешь и не отдавать, пока у тебя «лишние деньги» не появятся, но это все равно портило отношения. А был случай, когда очень близкий мне друг где-то в 1993году занял у меня, кажется, $5 тыс., а потом сменил телефон и пропал. Через лет пять я с большим трудом его нашел. Он сразу начал говорить мне, что как раз хотел сам звонить, чтобы отдать деньги. А мне не нужны были эти деньги. Я скучал по нему, по нашей старой дружбе и попросил приехать, чтобы повидаться. Мы встретились и сейчас снова дружим, а ведь мог его и не найти. А заводить новых друзей, когда ты сутками занят, очень сложно. А вообще скажу честно– я скучаю по своим старым друзьям, многих из которых уже и нет на этом свете, скучаю по своей прошлой беззаботной «советской» жизни. Очень много в связи с этим эмоций живут со мною… Но если это вас заинтересует, могу очень эмоционально и интересно рассказать отдельно.

Принципиально, моя философия помощи заключается в следующем… Надо помогать, тем, кто нуждается в помощи, прежде всего: старикам, больным, брошенным детям. А всем остальным, в том числе и друзьям, надо помогать стать на ноги, если конечно они не больны и беспомощны. Занимать деньги друзьям и знакомым категорически нельзя – потеряешь их навсегда. Дарить можно…

Да, вот еще, что важно! Если вы читаете мое интервью и оно вас «зацепило», обязательно, не откладывая газету, позвоните своим пожилым родителям. Это, наверняка, будем самым лучшим, что можно сделать сегодня.

- Вы сказали, что выделяете на благотворительность $ 1 млн. Почему вы эту помощь направляете, в первую очередь, бомжам? Почему Вы решили заниматься благотворительностью?

- Когда в мою семью пришла беда, и я попал в церковь к Сандею, я увидел сотни людей с большими материальными проблемами, бывших алкоголиков, наркоманов, бомжей. Я вдруг отвлекся от бизнеса и стал смотреть на мир совершенно другими глазами, чувствовать остро не только свою, но и чужую боль. Идею помогать беспризорным, которых никто не любит, которые вызывают презрение у прохожих, которым никто абсолютно не хочет помочь(при коммунизме их вообще преступниками считали, поэтому у большинства людей они так и остались в сознании плохими, что их чуть ли не расстрелять надо) дал мне Сандей. Я увидел, что в церкви для них собирают пожертвования: одежду, продукты. Я подумал, что мог бы поставить эту работу на совершенно иной уровень. Меня всегда интересовал масштаб! И я организовал столовую, нанял врачей, юристов, которые восстанавливали бомжам документы. В день столовая выдавала до1500 обедов. Я стал сам встречаться с ними. Уделял им по часу, два на выходных. Я встретил в этой столовой и своего бывшего коллегу – начальника следственного отдела одного из райотделов милиции Киевской области, и руководителей разных предприятий, то есть разных людей. Почему они стали бомжами, я так ответа и не получил, и никогда уже не получу, и в мире никто не знает, от чего человек добровольно выходит из социально правильной жизни и принимает философию беспризорного. Но зато я точно знаю, что они ЛЮДИ! У них свой кодекс чести, свои правила поведения, свои взаимоотношения друг с другом. Как и в «нормальном обществе», есть и хорошие, и плохие люди. Они никогда не будут мне благодарны. И никому не будут благодарны, а обратно на 90%вернуть в общество никому не удастся. Они добровольно выбирают себе путь быть свободными от условностей. Ну и процентов 10 –те, кто стал бомжами под влиянием обстоятельств (выгнали из квартиры, с работы и т.п.). Их мы возвращаем в социум. Почему я стал заниматься этим… Потому что хотел обратить внимание Бога на то, что я служу Ему, чтобы Он услышал мои молитвы, разрешил мои проблемы. Вот такой своеобразный эгоизм был в моих взаимоотношениях со Всевышним.
Сегодня у меня другая идея. Я вовлекаю в помощь бомжам все больше бизнесменов и просто людей с добрым сердцем. И они помогают – сделав это однажды, уже не уходят. И если я трачу в год почти $1 млн., то они помогают продуктами, услугами и другими вещами еще миллиона на полтора. Таких благотворителей более пятисот только юридических лиц. А это значит, что с моей помощью Бог до них достучался и им будет наверняка от Него помощь. Моя миссия в этом смысле, чтобы через благотворительность как можно больше людей приобщились к служению доброй идеи.

У нас сейчас дополнительно по городу ездят три новеньких Фольсвагена-минивена и развозят по 20 точкам в Киеве еду. Хорошую еду! И едят ее, в том числе и пенсионеры. Я теперь думаю, как для пенсионеров сделать отдельные столовые.

Кстати, я об этом редко распространяюсь. И сейчас не очень правильно, что рассказываю…, но очень вдруг захотелось… Очень горжусь этой работой. Думаю, это самое важное, что мне удалось сделать в жизни!

У меня в планах открыть такие центры по всей Украине. И если кто-то из ваших читателей захочет делать это самостоятельно, с удовольствием помогу. Мне ничего в ответ не надо. Опыт есть громадный. А людям, которые участвуют в благотворительности, в каком бы городе или проекте они не участвовали, низко хочу поклониться. Они настоящие! И не имеет никакого значения, почему они это делают.

- Расскажите о Ваших отношениях с Сандеем Аделаджей? Что привело Вас в его церковь и к вере в Бога в целом?

- К Богу меня, как и всех других людей, привела, как я уже сказал, большая беда! Когда уже ничего, казалось, не поможет решить ужасную проблему, осталась одна надежда – на Бога. И я к нему пришел через Сандея, за что я всегда буду ему благодарен! Он великий проповедник и очень добрый, достойный человек! Настоящий пастырь! Жаль, что он сейчас в очень большой беде, и я не могу ему помочь!

Кстати, Бог мне помог. И моей беды как не бывало! Религия без Слова сама по себе мало что стоит. Это удел убогих, но не умных людей. Религию я воспринимаю, как эксплуатацию Божественной идеи. Это всегда деньги и, кстати, очень большие! Не воспринимаю обряды и все такое.

С большим удовольствием посещаю церкви любой конфессии. Мне очень нравятся католические церкви и церкви православные. Но в душе неизменно остаюсь православным (крещен) и чаще всего хожу в православную церковь и крещусь. Но об этом я могу много говорить и моя философия веры – это отдельная тема.

- И несколько вопросов о глубоко личном. Как вы познакомились с вашей нынешней супругой Еленой Савчук? Что вас в ней покорило? Как складываются ваши отношения с ее сыном Данилой? Елена взяла вашу фамилию, чего не было в прошлом браке. Это вы на нее повлияли?

- Лет 8 назад я увидел Елену и ее 5-тилетнего сына Данила в церкви пастора Сандея. Она сидела рядом, мальчик спал. Уж не помню, как это случилось, но я взял мальчика на руки, и он проспал у меня на руках всю проповедь.

Сразу обратил тогда же внимание на яркую внешность Елены, как она была скромно, но со вкусом одета. Это запомнилось… Прошло время, и мы встретились у меня на дне рождения четыре года назад… А дальше… я предложил встречаться и все больше узнавал ее, как человека: спокойную, уравновешенную, не корыстную (для меня, кстати, это очень важно), ну и что также важно — красивую женщину.

С сыном Елены у меня очень теплые отношения. Даня очень любит своего отца, но меня уважает. Я вообще люблю детей. Обожаю своих внуков! Вижу в них свое продолжение. И, конечно, очень, очень люблю своих детей: Степу и Кристину. Они, конечно, для окружающих уже давно не дети, но для меня, в моей памяти так и остались маленькими детьми. Жаль, что я редко им сейчас говорю, как я их люблю. Как-то неудобно с ними сейчас в таком стиле разговаривать. Уж очень они самостоятельные.

Мне приятно, что Елена взяла мою фамилию, хотя я с ней эту тему никогда не обсуждал. Это знак доверия, и мне это нравится.
Алина не стала переходить на мою фамилию, потому что гордилась и гордится своей. Ее отец был в советское время весьма значительным человеком, и для Грузии его фамилия звучала. Его поколение в Грузии и сейчас помнит моего бывшего тестя.

А моя фамилия была неизвестна не только в Грузии, но и в Украине. Я был просто Леня. Но зато я хотел и всеми силами добиваться в глазах Алины, ее родственников и окружающих успеха, и уважения. И, по-моему, мне это неплохо удалось! Теперь уже моя дочь не меняет свою фамилию, потому что любит и уважает меня. И мне тоже это приятно! Конечно, она не меньше любит и уважает своего мужа (он суперперспективный бизнесмен и просто добрый, хороший парень), но все же она – Черновецкая, которая поступает в этом случае так же, как и ее мать, а они очень, очень близки.

- Какой поступок Вы считаете самым достойным и самым недостойным в своей жизни? О чем сожалеете?

- Ни о чем не сожалею! И это правда! Если бы мне пришлось жить заново, чего я искренне не хочу (жизнь прожить — не поле перейти – банально, но справедливо), я бы все повторил в точности. Чтобы вспомнить, какой именно поступок лучший в моей жизни, наверное, месяц надо было бы все вспоминать. А у меня времени нет. Много было поступков, хотя могло бы быть и намного, намного больше. Вот об этом я сожалею. Но глубоко выворачивать душу – плохая идея. Я это уже проходил… Плохой приобрел опыт.


Источник: segodnya.ua

Вам также может быть интересно

Наверх